Вы планируете поездку, думаете куда сходить
или скучаете по любимому городу?
Мы знаем этот город с 1997 года и с радостью покажем его Вам

Другие музеи Лондона

В Лондоне много великих музеев – рассказывать о них можно и нужно, но только когда тебе есть что добавить к тысячам других описаний. Музеи менее известные – как правило, они меньше и чисто физически – требуют нашего внимания в гораздо большей степени: если мы не расскажем о них друзьям, возможно, не расскажет никто. Или так: и у самого любознательного туриста, если он честно отходит всю обязательную программу (Британский музей, Национальная галерея, Тейт, и т.д.) просто-таки не останется сил на Галерею Курто и Хантериан, даже если они честно упомянуты в путеводителе. Поэтому в моем крайне субъективном и искаженном путеводителе они будут идти первыми – а вы уже делайте с этим что хотите.

Я не очень люблю дома-музеи. Вернее, очень не люблю. Не люблю сопряженную с посещением этих мест необходимость воображать, что вот эта складка на кожаном сиденье – от задницы Булгакова, а вон то пятнышко на паркете – кровь Пушкина. Ни эти, ни любые другие детали интерьеров не помогают мне проникнуть в головы этих или иных авторов, да и зачем мне туда? Говоря шире, в доммузейном проекте мне не нравится та обреченность, с которой посетители должны вычитывать смысл между ножек стула. К счастью, есть и исключения: в самом центре Лондона, на одной из самых замечательных его площадей, есть дом-музей, куда хочется заходить каждую неделю. Дело в том, что обитатель его, в отличие от Чарльза Диккенса, Сэмюэла Джонсона и тех же Пушкина с Булгаковым и тысяч других людей, самостоятельно занимался омузеиванием своего дома – и о, как ему это удалось. Звали обитателя Джон Соун.

Рассказывать здесь про Джона Соуна – занятие странное по крайней мере по трем причинам. Во-первых, потому что про него можно узнать все, что душе угодно, не отрываясь от клавиатуры, во-вторых – потому что я сам знаю про него совсем немного. Знаю, что он знаменитый английский архитектор, что родился он во второй половине XVIII века и прожил лет восемьдесят, что зданий его в Лондоне было много, а осталось очень мало (в их числе – часть нынешнего комплекса зданий Банка Англии на Треднидл-стрит), что в свое время он планировал уделать Лондон на парижский манер (триумфальные арки, ворота при въезде в город, шикарные здания для парламента и т.д.) и что, к счастью, все это осталось но бумаге. А вот и третья, самая главная причина – даже полное отсутствие сведений о Соуне не повредит успеху затеи. Как не повредит природное равнодушие к музеям или незнание исторического контекста. Это тот редкий случай, когда надо расслабиться и получать.

Музей представляет собой совокупность ничем не связанных между собой комнат, среди которых вы обязательно найдете свою любимую. Я, пожалуй, склоняюсь на сторону комнаты с картинами – там на площади что-то около 12 кв.м. (не уточнял) содержится около десятка работ Уильяма Хогарта, много каких-то итальянцев (наверняка известных всем, кроме меня) и много кого еще, но дело не только в этом; почти все работы буквально скрыты в стенах помещения и доступ к ним обеспечивает (примерно раз в час) служитель культа, внешне мало чем примечательный, но знающий все о каждом сантиметре каждого полотна. Но это я. Кому-то понравится вычурный надгробный камень собачки архитектора, кому-то – удивительная организация пространства и света, прозрачно намекающая на принадлежность создателя к категории “английских чудаков”. Трогательно лежит не помню чей саркофаг, купленный после того, как от него отказался Британский музей; главный принцип при формировании коллекции – “бери, что плохо лежит”, и он-то и делает соуновский музей столь непохожим на все остальные и столь легким для восприятия.

Интересно, что едва ли не самый лучший музей города обладает маленькой армией преданных поклонников, но не очень популярен в более широких кругах. Тем более странно потому, что расположен он лучше всех остальных музеев – в самом что ни на есть центре, но не в окружении туристических лавок и хостелов (привет, Британский музей и Национальная галерея), а с выходом на Линкольнз-инн-филдс. Мне хвастаться нечем – первый раз я попал в Соуна не помню точно когда, но явно не в первые года полтора обучения в университете, кампус которого расположен в трех минутах ходьбы. К сожалению, я не помню, как меня туда занесло в первый раз, но занесло ведь и  теперь, когда приезжающие спрашивают, куды бы им сходить, даже если времени совсем мало, я автоматически включаю в маршрут Соуна. Чистое счастье – рекомендовать поход в музей не потому, что это “культурно”, а потому что это действительно очень интересно.

Моя следующая остановка – на противоположной стороне площади Линкольнз-инн-филдз. В здании находится Королевский английский хирургический колледж, одновременно профсоюз врачей и университет по их подготовке. Самый знаменитый, легендарный представитель этой профессии Джон Хантер (1728-93) пожелал, чтобы после его смерти уникальную коллекцию из более чем 13 000 образцов, которые он использовал во время своих лекций, приобрело правительство страны. Что оно и сделало шесть лет спустя и тут же передало банки с заспиртованным разным гильдии хирургов, предшественнице Колледжа. Под коллекцию отстроили специальный музей и пополняли ее – 65 000 объектов на пике – пока в 1941-м одна из последних упавших на Лондон бомб не попала в здание колледжа, уничтожив большую часть экспонатов музея. В процессе послевоенной реставрации колледжа почти всю экспозицию распределили по еще более специализированным музеям, а в 1963-м заново открыли музей теперь уже имени его главного благодетеля. Сегодня в «Хантериане» хранится чуть больше 3 000 экспонатов из личной коллекции великого хирурга и еще столько же более современных объектов. В 2005 году на его очередную реконструкцию пошло более 3 миллионов фунтов, и пошло не зря: музей выглядит очень современно и в нем приятно находиться даже в окружении заспиртованных конечностей и органов, многие из которых демонстрируют различные патологии. На верхнем, более современном уровне можно посмотреть, как делают операции с применением самых передовых технологий и даже почувствовать себя хирургом – перерезать или зашить, точно не помню, пару пластиковых кровеносных сосудов. Ну или что-то вроде того. Разумеется, если вы хоть сколько нибудь увлекаетесь медициной, вам там будет в пятьдесят пять раз интереснее, чем мне, а мне было очень интересно. Делайте выводы. Музей работает со вторника по субботу с 10 утра до 5 вечера, а в час дня в среду по нему проходит бесплатная экскурсия.

Музей Лондона

http://www.museumoflondon.org.uk/

Мои с Музеем отношения развивались глуповато: сначала мне было не настолько интересно, чтобы туда идти (не говоря уже о том, что в первые годы мой Лондон был кругом с центром в станции метро “Холборн” и мизерным радиусом – довольно распространенный, как я понимаю, феномен), а теперь недавно обретенные знания мешают мне вглядываться в нем в каждую мелочь. Но в этом все и дело: метод обхода можно и нужно кроить под себя – можно исследовать каждый экспонат, а можно просто гулять, причем второй вариант стал выглядеть куда привлекательнее после завершения в конце мая грандиозной реконструкции. Обновление затронуло часть экспозиции примерно начиная с Великого пожара 1666 года; человеку XXI века легче проецировать на себя события и чувства вековой давности, чем заботы римлян или Тюдоров.

Описывать здесь экспонаты я не буду. Это спорное решение: если музей Соуна – это именно что чувственный опыт, а никак не собрание безделушек, каковым он является по факту, то Музей Лондон – это прежде всего экспонаты. Их здесь многие тысячи, и среди тысяч найдутся как минимум несколько, который покажутся вам очень интересными. Но и здесь объекты работают постольку, поскольку внутри этой уродливой и труднодоступной бетонной коробки сконцентрированы любовь и интерес поколений людей к своему городу. Интересно – “интересно” здесь едва ли подходит, но ведь действительно интересно – что Музей возник во многом потому, что немцы в без особых причин разбомбили большой кусок города к северу от Св. Павла, не только расчистив стройплощадку для архитектурных экспериментов, удачных и не очень, но и пробив сразу несколько культурных слоев, веков этак в десять толщиной. И хотя я сильно упрощаю, хронология эту хилую теорию поддерживает: послевоенные десятилетия стали временем расцвета лондонской археологии, а в 1976 году Музей обрел полную самостоятельность и собрал сразу несколько прежде разрозненных коллекций в мало привлекательном сооружении на окраине жилого комплекса Барбикан (о котором отдельный разговор). Входы в музей тщательно замаскированы, но попасть туда можно – проверено практикой. Находятся они, кстати, метрах в двадцати от западного входа в парк Почтальонов. Редкая возможность совместить приятное с приятным.

МУЗЕЙ ХОРНИМАНА

http://www.horniman.ac.uk/

Так хочется, чтобы все интересное было в центре города, а если не в самом центре, то где-нибудь неподалеку, но это не так. И это прекрасно. Выезжать за пределы комфортной центральной зоны метро сложно, нужен повод. В некогда пригородных, а теперь окраинных районах Далич и Форест-Хилл есть целых два таких повода.

Один из них – музей Хорнимана. Это типичный викторианский случай. Преуспевающий торговец чаем Фредерик Хорниман (1835-1906) увлекался естественной историей, антропологией, археологией и музыкальными инструментами, путешествовал по Египту, Индии, Бирме, Китае, Японии, Америке. Отовсюду возвращался не с пустыми руками. В 1890 году он открыл свою коллекцию для посетителей, а еще примерно через десять лет понял, что в его собственный дом все накопленные богатства не влезают, и поручил знаменитому архитектору Чарльзу Таунсенду построить для музея отдельное здание. Таунсенд справился с заданием блестяще: “Хорниман” интересен не только внутри, но и снаружи. Символ музея – причудливая часовая башня с плавными линиями и необычными башенками по углам – свидетельствует, что какой-никакой модерн в английской архитектуре все-таки был. По фасаду здания идет надпись The Horniman Free Museum, подчеркивая, что отец-основатель музея задумывал его именно как подарок людям юго-западного Лондона (и всем прочим).

Экспозиция Хорнимана складывается из трех разделов – естественной истории (около 250 000 экспонатов), мировой культуры (80 000) и музыкальных инструментов (более 7 000). Понятно, что все это “на любителя”, но речь не об областном музее краеведения, а о коллекциях высокого класса, которые собирались с большой любовью и специально для того, чтобы просвещать и развлекать всех окружающих.

КАРТИННАЯ ГАЛЕРЕЯ В ДАЛИЧЕ

http://www.dulwichpicturegallery.org.uk/

А если вам так уж хочется попасть в более “традиционный” музей – пожалуйста: выйдите из Хорнимана и прогуляйтесь пешком до Картинной галереи Далича. И снова важнейшую роль играет архитектура. Потому что эта открытая для публики картинная галерея – первая в своем роде, она предшествует и Тейт, и даже Национальной Галерее. А раз так, для строительства здания был выбран главный архитектор своего времени – да, правильно, Джон Соун. Конечно, с чисто художественной точки зрения Далич слабее той же Национальной галереи. Но все посетители галереи пришли затем, чтобы действительно посмотреть на картины, а не поставить галочку, да и здание Соуна (включающее в себя, помимо прочего, самый настоящий мазволей) стоит внимательного изучения.

Наверное, поодиночке ни галерея, ни Хорниман не смогли бы вытащить в меру любопытного путешественника из столь богатого на культурные удовольствия центра. Но если взять их в пакете с кафе, пабами, ресторанами и замечательной природой процветающего Далича, получится очень неплохая вылазка на полдня или даже целый день.

ИНСТИТУТ И ГАЛЕРЕЯ КУРТО

http://www.courtauld.ac.uk/index.html

Чисто формально “Курто” – нечто вроде Третьяковки. В названии галереи – причина ее появления на свет, фамилия первого попечителя. Потомственный промышленник Самюэль Курто (1876-1947), как это часто бывает с промышленниками, любил искусство и хотел остаться в истории. Ему все удалось: основанный в 1932 году институт стал одним из самых престижных и уважаемых учебных заведений для искусствоведов, а галерея изобразительного искусства, в основу которой легла собранная самим Курто коллекция импрессионистов и постимпрессионистов, – один из самых очаровательных маленьких музеев Лондона.

В 1934 году умер знаменитый арт-критик Роджер Фрай, и свою коллекцию современного искусства он завещал именно Круто. А уже после Второй мировой – и после смерти основателя института – лорд Ли отписал галерее свое собрание “старых мастеров”. Если иметь в виду, что с 1989-го “Курто” обитает на Стрэнде, в крыле Сомерсет-хауса – важнейшего памятника неоклассической архитектуры в Лондоне – не прийти сюда как-то совсем глупо. Тем более, что в первой половине понедельника осмотр экспозиции становится совершенно бесплатным (все остальное время билет стоит несколько фунтов).

МУЗЕЙ ДЖЕФФРИ

http://www.geffrye-museum.org.uk/

Вы не поверите, но это и есть самый настоящий “музей быта”. Музей назван в честь сэра Роберта Джеффри, лорда-мэра Сити и старейшины гильдии кузнецов. В 2014 году он отметит двойной юбилей: 100 лет собственно музею и 300 – зданию дома призрения, в котором музей располагается. Довольно типичная архитектура, центральный блок с часовней посередине и два длинных флигеля (Джеффри довольно отчетливо перекликается со странноприимными домом Шереметева на пересечении Садового кольца и Проспекта Мира в Москве – сегодня он принадлежит Институту им. Склифосовского) идеально подходит для музея, который ведет линейное повествовании об истории английского домашнего интерьера с 1600 года до наших дней.

Сфера наших интересов – тумбочки, обои, столы, серванты и камины; в каждом зале – то есть в каждой гостиной – посетитель получает поддержку в виде подробных описаний выставленных предметов. Как это ни странно, чуть ли не самое неожиданное появляется под конец: оказывается, что интерьеры 1960-х сегодня выглядят едва ли не более странно, чем окончательно отошедшие в доисторическую эпоху гостиные 1760-х. Какова мораль этой басни, я не знаю.

ДОМ ДЕННИСА СИВЕРСА

http://dennissevershouse.co.uk/

Вы не поверите, но это тоже музей быта, только более хулиганский. Хулиганством является и включение его в этот список – потому что сам я в доме ныне покойного американского художника Сиверса не был. А вот Петр Фаворов был, и я верю ему на слово. Вот его слово: “В Доме Денниса Сиверса каждый может почувствовать уклад жизни типичной гугенотской семьи. На столе стоит недопитый портвейн, из кровати, похоже, только что кто-то выпрыгнул, и кошки шныряют где-то за дверью. Это аттракцион, который американец Сиверс, живший здесь до 1999 года, назвал «проникновением сквозь раму в картину». Главное требование к посетителям — поверить в реальность происходящего. Тех, кто не верит, да еще и другим мешает, безжалостно выгоняют”. Я лишь могу добавить, что не только безжалостно выгоняют, но и безжалостно не пускают – музей открыт очень редко, так что перед походом нужно обязательно сверяться с сайтом.

 

Автор: Илья Файбисович

Источник: http://londonandall.com

 

Scroll to top